1/3

Михаил Лермонтов,  Михаил Лермонтов,  Михаил Лермонтов,  Михаил Лермонтов,
Der Tod des Dichters  La morto de la poeto Смерть поэта  Der Tod des Dichters

tradukita de N. N. 77 tradukita de Konstantin Gusev tradukita de Friedrich von Bodenstedt

…  …  …  …

2/3

Der Dichter fiel – von Schurken wähnte Er seiner Ehre sich beraubt. Er traf ins Herz, der ihn verhöhnte, Und sterbend sank sein stolzes Haupt! Nicht mehr ertrug das Herz des Dichters der Schwätzer niederträchtiges Spiel gegen die Meinung des Gelichters stand einsam er wie je ... und fiel! Er fiel! ... Was hilft’s, daß ihr nun sammelt unnützes Lob und ihn beleckt, daß ihr Entschuldigungen stammelt? — Zu spät, das Urteil ist vollstreckt; Wer trieb ihn denn? War es nicht euer boshaftes Spiel, das ihn verführt. das des Genies bewahrtes Feuer zu offnen Bränden angeschürt? Ihr habts erreicht ... er ging verbinen zugrund an Qual und Überdruß; das Licht erlosch, das Laub verwirren am Blütenkranz des Genius. Der ihn gemordet, kalten Blutes hat er‘s getan ... er schoß gewandt; sein leeres Herz war rohen Mutes, und nicht gezittert hat die Hand. Was wunder auch? ... aus fernen Reichen kam er als Abenteurer her, und hundert andre so wie er, sich Glück und Ämter zu erschleichen; er schätzte unser Land gering, sein Recht und Brauch, sein Wort und Wis-

sen hatt gern uns Ruhm und Ehr entrissen; wie konnte er beim Abschuß wissen, an wem sich seine Hand verging! ... Nun ist er tot, vom Grab verschlungen wie jener Sänger, vom Geschick bezwungen, weil Eifersucht sein Herz verbrannt den er mit wunderbarer Kraft besungen, erschlagen wie auch er von mitleidloser Hand Weshalb ließ er das Glück und stiller Freund-

schaft Kerzen und trat in diese Welt, die ungebundne Her-

zen und glühnde Leidenschaft in faulem Dunst

erstickt? Weshalb gab er die Hand nichtsnutzigen Ehr-

besudlem, weshalb denn glaubte er den schmeichleri-

schen Hudlem, er, der als Kind doch schon der Menschen

Herz durchblickt? Man riß den Kranz ihm fön - gehüllt in Lor-

beer, schenkten sie ihm den Domenkranz, der einer Krone

glich: Doch die verborgnen- Domen senkten tief in

die edle Stirne sich; vom tückischen Geraun, vom Hohn der Igno-

ranten war ihm vergiftet noch der letzte Augenblick. Er fiel - da Ehrgefühl und Rachedurst ihn

brannten, in hoffnungslosem Gram um sein verlornes

Glück.

Pereis li, poet’ de justo, Murdita per la kalumni’, Kun peza plumbo en la brusto Kaj venĝavido mortis li! ... Ne povis la animo luma Subiĝi al la malhonor’, Li sola kontraŭ fals’ monduma Ribelis ... Kaj li estas for! Murdita! ... Do por kio ploroj, De l’ povraj laŭdoj tarda ĥor’ Kaj sinpravigoj de l’ sinjoroj? Pro fato li jam estas for! Kaj ĉu ne vi kolere pelis La noblan kanton de liber’, Elblovi incendion celis El la ĵaluzo – nur fajrer’? Do ĝoju ... Mutas bardo nia, La bonon rompis la malbon’. Ne lumas plu la stel’ genia, Forvelkis la solena kron’. Murdinto lia senkompata Ekpremis feron de la ĉan’, La koro vanta batis glate, Neniom tremis tiu man’. Kaj ĉu ne miro, ĉu ne strango? Pelata per la sort’ migrant’, Nomadis li en nia land’ En serĉo de feliĉ’ kaj rango, Ofende mokis pli kaj pli De nia tero lingvon, moron Kaj malestimis nian gloron, Ne sciis en la sanga horo, Sur kion levis sian manon li! ... En tombo kuŝas jam la bardo, Samkiel tiu, kiun li kun ardo Prikantis sorĉe en la versroman’

– Kantisto de bonkoro kaj bonfar-

to Murdita per la senkompata

man’. Por kio de la pac’ kaj simplo vi-

laĝloka Enpaŝis mise li al la mondum’ su-

foka Por la sincera sent’ kaj liberema

saĝ’? Por kio premis li la malamikajn

manojn, En la envia rond’ serĉante la

kompanojn, Li, kompreninta homojn de l’ ju-

naĝ’?... Anstataŭ simpla kron’ al li sur-

metis ili La kronon dornan, nur kun laŭro

por ornam’ – Ĝi devas kvazaŭ ĉiam brili, Sed kaŝe piki, piki jam; Venenis liajn lastajn horojn fri-

do, Malica flustro mokis lin, kaj jen Li mortis kun la vana venĝavido, Kun kaŝa disreviĝo kaj ĉagren’. La kantoj de mirinda brilo Ne sonas jam sub la ĉiel’, Malhelas lia mortazilo, Surbuŝe kuŝas la sigel’. Kaj vi, arogaj heredantoj De la gepatroj malhonestaj, nun Tretantaj per la fiaj sklavaj plan-

doj La familiojn, kiujn lasis la for-

tun’! Vi en avida ar’ starantaj ĉe la

trono Ekzekutistoj de genio, glor’, li-

ber’, Kaj gardas vin la leĝo, kiel kro-

no, Silentu antaŭ vi la justo kaj la

ver’! Sed estas dia juĝ’, malĉastaj dor-

lotatoj, Kaj la juĝisto jam atendas vin, Ne aĉetebla per la or’ kaj flatoj Li krimojn viajn antaŭvidas ĝis

la fin’. Kaj jam al vi la kalumnia lango Ne helpos per la malhonesta

ard’, Kaj ne forlavos vi per via nigra

sango La sanktan sangon de la bard’!

Погиб поэт! — невольник чести

— Пал, оклеветанный молвой, С свинцом в груди и жаждой

мести, Поникнув гордой головой!.. Не вынесла душа поэта Позора мелочных обид, Восстал он против мнений света Один как прежде... и убит! Убит!.. к чему теперь рыданья, Пустых похвал ненужный хор, И жалкий лепет оправданья? Судьбы свершился приговор! Не вы ль сперва так злобно

гнали Его свободный, смелый дар И для потехи раздували Чуть затаившийся пожар? Что ж? веселитесь... — он

мучений Последних вынести не мог: Угас, как светоч, дивный гений, Увял торжественный венок. Его убийца хладнокровно Навел удар... спасенья нет: Пустое сердце бьется ровно, В руке не дрогнул пистолет. И что за диво?.. издалёка, Подобный сотням беглецов, На ловлю счастья и чинов Заброшен к нам по воле рока; Смеясь, он дерзко презирал Земли чужой язык и нравы; Не мог щадить он нашей славы; Не мог понять в сей миг

кровавый, На что он руку поднимал!.. И он убит — и взят могилой, Как тот певец, неведомый, но

милый, Добыча ревности глухой, Воспетый им с такою чудной

силой, Сраженный, как и он, безжалостной рукой. Зачем от мирных нег и дружбы

простодушной Вступил он в этот свет завистливый и душный Для сердца вольного и пламенных страстей? Зачем он руку дал клеветникам

ничтожным, Зачем поверил он словам и

ласкам ложным, Он, с юных лет постигнувший

людей?.. И прежний сняв венок — они

венец терновый, Увитый лаврами, надели на

него: Но иглы тайные сурово Язвили славное чело; Отравлены его последние

мгновенья Коварным шопотом насмешливых невежд, И умер он — с напрасной

жаждой мщенья, С досадой тайною обманутых

надежд. Замолкли звуки чудных песен, Не раздаваться им опять: Приют певца угрюм и тесен, И на устах его печать. — А вы, надменные потомки Известной подлостью прославленных отцов, Пятою рабскою поправшие

обломки Игрою счастия обиженных

родов! Вы, жадною толпой стоящие у

трона, Свободы, Гения и Славы палачи! Таитесь вы под сению закона, Пред вами суд и правда — всё

молчи!.. Но есть и божий суд, наперсники

разврата! Есть грозный суд: он ждет; Он не доступен звону злата, И мысли и дела он знает

наперед. Тогда напрасно вы прибегнете к

злословью: Оно вам не поможет вновь, И вы не смоете всей вашей

черной кровью Поэта праведную кровь!

Der Dichter wollte seine Ehre

rächen, Die er durch giftges Wort verletzt

geglaubt, Da traf ihn selbst das Blei, sein

Herz zu brechen, Zu beugen sein gewaltig Haupt… … Und Manche jetzt frohlocken,

daß er fiel, Und rühmen gar den Mörder, der

sein Ziel So gut getroffen, und im kalten

Muthe, Fest, ohne Zittern, that den

Mörderschuß, Der unser Land geröthet,mit dem

Blute Des liederreichen Genius… ... Ein Abenteurer kam er aus der

Ferne, Er nahm kein Herz mit sich, ließ

keins zurück — Rang sucht’ er bei uns, Titel, Or-

denssterne, Denn unverständlich war ihm

andres Glück, Er fand was er gesucht in unsrer

Mitte, Er fand bei uns ein zweites Vater-

land – Sein Dank war: daß er sonst auf

jedem Schritte Was ihm begegnete, verächtlich

fand. Fremd blieb er unsrer Sprache,

unsrer Sitte, Das Volk war ihm ein Gegenstand

des Hohnes, Er suchte keine Gunst als die des

Thrones...

…  …  …  …

http://www.poezio.net/version?poem-id=951&version-id=1919,1917,1915,1918

3/3

Traduko de la Rusa poemo “Смерть поэта” de Михаил Лермонтов (∗1814-10-15 – †1841-07-27) en la Germanan de N. N. 77.

Arg-951-1919 (2013-12-15 20:59:34)

Siehe: http: // www. winter-zeulenroda. de/ webseiten/ lermontov. htm .

Traduko de la Rusa poemo “Смерть поэта” de Михаил Лермонтов (∗1814-10-15 – †1841-07-27) en Esperanton de Konstantin Gusev (†1980-11-09).

Arg-951-1917 (2013-12-15 10:56:39)

Tiu ĉi poem-esperangigo troviĝas en la retejo http: // donh. best. vwh. net/ Esperanto/ Literaturo/ Poezio/ morto_poetou. html .

Verkinto de tiu ĉi Rusa poemo estas Михаил Лермонтов (∗1814-10-15 – †1841-07-27).

Arg-951-1915 (2013-12-15 10:39:19)

Mi, Manfred Retzlaff, trovis tiun ĉi poemon en la retejo http: // www. stihi-xix-xx-vekov. ru/ ler352. html .

Traduko de la Rusa poemo “Смерть поэта” de Михаил Лермонтов (∗1814-10-15 – †1841-07-27) en la Germanan de Friedrich von Bodenstedt (∗1819 – †1892).

Arg-951-1918 (2013-12-15 20:30:08)

http://www.poezio.net/version?poem-id=951&version-id=1919,1917,1915,1918